КРОВАВОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ – КАК В ЦАРСКОЙ РОССИИ БЫЛА УБИТА ВЕРА НАРОДА В ЦАРЯ?
КРОВАВОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ ПРОДЕМОНСТРИРОВАЛО ВСЮ НИЗОСТЬ И ПОДЛОСТЬ ДУШИ ЦАРЯ НИКОЛАЯ II, ЕГО НЕВЕРОЯТНУЮ ПОЛИТИЧЕСКУЮ ТУПОСТЬ.
российский историк и блогер Иван Правдолюбов
Кровавое воскресенье – так называют состоявшийся в воскресный день 9 января (по новому стилю – 22 января) 1905 года (далее все исторические даты в статье будут приводиться только по старому стилю) силовой разгон в Санкт-Петербурге шествия рабочих к Зимнему дворцу, хотевших вручить царю (императору) Николаю II петицию о своих нуждах. Это событие стало важной вехой на пути российского царизма (самодержавия) к своему полному краху, случившемуся в дни Февральской революции 1917 года. Народ России верил в своего царя, боготворил его, готов был пойти ради него на смерть. Столь трепетное и духовно возвышенное отношение к правящему монарху было традиционным в народной среде и сформировалось ещё много веков назад. Однако Кровавое воскресенье вынудило российский народ взглянуть на Николая II, несмотря на его благообразный и добрый внешний вид, совсем иначе – как на злодея и антихриста (под народом в данной статье я имею ввиду, конечно, не знать, богатеев и их приспешников, а простолюдинов, составлявших подавляющее большинство населения страны). О том, как это произошло, я и расскажу в своей новой статье, публикуемой, как всегда, на историческом и познавательном сайте «Эрудит».
Вообще, любовь российского народа к своим царям – это сложный социально-психологический и политический феномен, получивший в исторической науке название наивного монархизма. Суть данного феномена сводилась к тому, что российский народ своих царей (а до царей – князей) всегда считал добрыми правителями, наивно полагал, что всё позитивное в России исходит именно от царя, а вот всё плохое от царского окружения (отсюда, например, появились такие народные пословицы, как «царь хороший – бояре плохие», «царь гладит, а бояре скребут», «царю из-за тына не видать», «жаловал царь, да не жаловал псарь», «не ведает царь, что делает псарь», «не князь грешит, а думцы наводят», «не царь гнетёт народ, а временщик», «не от царей угнетенье, а от любимцев царских», «не бойся царского гонения, бойся царского гонителя», «царские милости в боярское решето сеются», «глаза, видевшие царя, не боятся сановника», «нет больше милосердия, чем в сердце царёвом», «нельзя быть земле русской без государя», «грозно, страшно, а без царя нельзя», «без царя – земля вдова» и т.д.).
Как и почему зародился в душе российского народа наивный монархизм точно неизвестно, историкам это ещё предстоит выяснить. Но, как бы то ни было, данный феномен являлся реальностью, русские цари знали о нём и беззастенчиво использовали его в своей государственной деятельности. Благодаря сему феномену русским царям, проводившим, можно сказать постоянно, по отношению к народу далеко не милосердную политику, народ на протяжении столетий всё прощал - в его глазах они, чтобы ими не вытворялось и какие ошибки ими бы не допускались, всегда оставались белыми и пушистыми, то есть им всё сходило с рук и они, как в сказке, выходили из воды сухими. Чтобы народ потерял веру в царя (именно в конкретного царя, а не в царей вообще; наивный монархизм история буквально вшила в коллективное сознание российского народа и он у него исчезнуть не мог!!!), царю нужно было уж очень сильно постараться и допустить уж какую-то совсем огромную ошибку. Николай II, как и все остальные его предшественники на царском троне, тоже возлагал большие надежды на указанный выше феномен. Но 9 января 1905 году он «перегнул палку» и как раз-таки совершил ту чудовищную ошибку, которую народ ему не простил и, увы, потерял в него веру. Но об этом подробно чуть ниже…
На каком социально-экономическом фоне произошло Кровавое воскресенье? На негативном! Дело в том, что в конце ХIХ и начале ХХ веков в Российской империи активно развивался промышленный капитализм (причём в очень значительной мере за счёт инвестиций из-за рубежа!!!). В самых больших российских городах России (их было не так много: Санкт-Петербург, Москва, Варшава и некоторые другие) стали появляться крупные заводы и фабрики. Большая часть рабочих этих предприятий – бывшие крестьяне, которые будучи не в состоянии прокормиться за счёт своих земельных наделов (они были слишком маленькими), перебирались в поисках заработка на временное (иногда сезонное) или постоянное проживание из деревень и сёл в города, превращаясь там в промышленный пролетариат. Однако капиталистические заводы и фабрики для рабочих раем не были. Им там было тяжко! Это их, естественно, не радовало. Они роптали и порой устраивали забастовки или по-другому – стачки (забастовка и стачка – слова синонимы). Причём таких открытых акций протеста было немало (например, в 1880-х годах их прошло около 450!!!).
В наши дни в прессе, книгах, Интернете довольно часто высказывается мнение, что российские рабочие в конце ХIХ и начале ХХ веков неплохо зарабатывали и, вообще, жизнь их была вполне сносной. Однако такого рода высказывания лживы и не соответствуют тому, что было в действительности. А в действительности было следующее…
Условия труда российских рабочих были ужасными. Почти до самого конца ХIХ века их рабочее время ничем не ограничивалось и составляло 14-16 часов в сутки. В 1897 году под напором протестного рабочего движения Николай II законодательно ограничил рабочий день 11,5 часами (в субботу 10 часами), а для женщин и детей – 10 часами (рабочая неделя состояла из 6 рабочих дней). Однако закон предусматривал возможность сверхурочных работ по «по особому договору» и никак не ограничивал их, что фактически сводило на нет все законодательные ограничения рабочего дня. То есть капиталисты по-прежнему имели возможность принуждать рабочих работать свыше 11,5 часов и регулярно этой возможностью пользовались. (Например, сохранились сведения, что на Коломенском машиностроительном заводе рабочие работали по 19,5 часов в день!!!). Отпуска рабочим не полагались. О пенсиях рабочие даже не мечтали! Детям и женщинам платили значительно меньше, чем мужчинам, даже если они выполняли ту же самую работу, что и мужчины.
За малейшие провинности на рабочих накладывались штрафы, причём не только за некачественную или нерасторопную работу, но и за непосещение церкви в выходной день, за употребление нецензурных слов, за недостаточно деликатное приветствие представителя администрации завода. Известен случай, когда рабочего оштрафовали за то, что он крадучись прошёлся по заводскому двору! То есть рабочих фактически могли оштрафовать за всё что угодно, так как виды нарушений определял работодатель. Им же устанавливался и размер штрафа. С рабочих в качестве штрафов порой удерживали до 40% их заработной платы (экономически это было очень выгодно работодателям!!!).
Капиталисты в царской России придумывали и иные ухищрения, чтобы объегорить рабочих и приуменьшить реально выдаваемую им зарплату. К таким ухищрениям относились: обсчёт при сдельных работах; выдача части заработка талонами в заводские лавки, где продавались предметы первой необходимости по ценам значительно выше рыночных; выдача части зарплаты ордерами или векселями, которые потом скупались у рабочих дельцами со стороны по ценам на 30-50% ниже их номинальной стоимости; удержание из зарплаты денег на спонсируемую заводом или фабрикой церковь, большая часть которых до церкви, разумеется, не доходила; вычеты на шахтах и золотых приисках из зарплаты стоимости рабочего инструмента; система поручительства, при которой поручитель отвечал своим заработком за работу того, за кого он поручился; вычеты из зарплаты за расчётную книжку, прописку паспорта, долговую тетрадь для заводской лавки; устройства принудительных и заведомо проигрышных для рабочих лотерей.
Этим фантазия капиталистов времён Николая II не ограничивалась. Они изобретали всё новые и новые способы нажиться на рабочих, как-то: приём на работу за выплачиваемое работодателю денежное вознаграждение; приём на временную или сезонную работу с внесением денежного залога (сразу превращавшегося для работодателя в беспроцентный кредит!!!), который возвращался рабочему при увольнении, а мог быть и не возвращён (что, конечно, случалось регулярно!!!), если в период работы рабочий допускал какие-то проступки; сокрытие при приёме на сдельную работу расценок за изготавливаемую продукцию; задержка зарплаты; редкая выдача зарплаты (4—6 раз в год); существенный перевод в целях искусственного удлинения рабочего дня стрелок заводских часов назад.
В России начала ХХ века капиталистами для увеличения собственных прибылей повсеместно практиковался ещё и такой способ выжимания соков из рабочих. Последних путём внесения в их расчётную книжку (она в том числе выполняла функцию нынешнего трудового договора) соответствующей записи официально принуждали к исполнению без дополнительной оплаты в порядке совместительства работ (порой очень тяжёлых!!!) не по той специальности, по которой они были приняты на работу. Например, в 1905 году в расчётной книжке иваново-вознесенской фабрики И.Гарелина указывалось такое… «Напорщики, кроме работ у напорных прессов, обязаны приносить валы из манерной для напирания, класть их на пирамиды, класть валы на шлифовальный станок, и снимать с него. Рабочие, запасные и женщины обязаны исполнять все работы, относящиеся к производству, какие укажет старший в отделении, и мыть полы в фабричных помещениях».
При этом, на капиталистических заводах и фабриках России эпохи Николая II царил форменный коррупционный беспредел!
Так, на прошедшем в 1905 году в Санкт-Петербурге съезде фабричных инспекторов отмечалось следующее… «Мастера стесняют рабочих на каждом шагу, требуют взяток и проч. В Московской губернии обычное явление – приношение рабочими мастерам после Пасхи, по возвращении из деревни деревенских гостинцев: везут яйца, кур и т.д.; этот безобразный обычай так вкоренился, что мастер сочтёт себя обиженным, если кто-то из рабочих обойдёт его подарком, и рано или поздно отомстит вольнодумцу».
Рабочие в своих жалобах, которые они направляли в различные инстанции (хотя толку от этого было ноль!!!) писали о том же… «Взятки с рабочих – это у нас обыкновенное явление». «Десятник берёт у рабочих рублей по сто, а иногда и больше, якобы взаймы; некоторым он даёт векселя, а у некоторых берёт деньги прямо на честное слово. Тех рабочих, которые позволяют себя беспокоить десятника требованиями или просьбами возвратить им деньги, десятник застращивает увольнением». «Принесут им фунт чаю – возьмут, и от головы сахара тоже не откажутся. Не брезгают и маслом, и яйцами, и кадушками меду, - одним словом, брали и берут сырым и варёным».
А какая в то время в России была заработная плата у рабочих и насколько в ту пору в денежном отношении была дорога жизнь? Сейчас на различных интернет-ресурсах полно статеек, авторы которых, отвечая на сей вопрос, указывают цифры, которые рисуют весьма радужную картину. Однако эти писаки приводят в своих опусах цифры либо вообще без ссылок на их источники, либо со ссылками на источники фейкового характера. Поэтому доверять таким авторам не стоит, многие из них врут как дышат! В отличие от них, я приведу найденные мной (не без труда!!!) конкретные примеры и цифры не просто со ссылками на их источники, а со ссылками на источники, оснований не доверять которым, на мой взгляд, нет! (По поводу заработной платы рабочих сразу замечу, что её размеры приводятся в моих примерах без учёта, упомянутых выше штрафов и вычетов, производившихся из неё работодателями).
Итак, в 1899 году в Москве средняя месячная зарплата у фабрично-заводских рабочих составляла 14 рублей, у квалифицированных рабочих – 29 рублей, у подростков – 6 руб. 50 коп. с обеденными хозяйскими харчами, у женщин – 9 рублей. После месячных расходов на питание, койку, одежду, обувь и другие надобности у холостого чернорабочего оставался 1 рубль, у семейного чернорабочего, учитывая расходы на детей, получался большой дефицит бюджета, у холостого квалифицированного рабочего оставалось 10-15 рублей, у семейного квалифицированного рабочего ничего не оставалось, но получалось обойтись без дефицита бюджета (источник: Санитарные условия коечно-каморочных квартир в рабочих районах Москвы. Доклад комиссии по обследованию коечно-каморочных и ночлежных квартир в Москве, читанный на заседании Санитарной группы 31 мая 1899 года. М. 1899).
В 1901 году среднестатистический одинокий (бессемейный) рабочий Кальмиус-Богодуховских копей Донбасса имел среднемесячную оплату труда в 23 руб. 17 коп., а на свое содержание в месяц тратил в среднем 15 руб. 33 коп. (источник: Либерман Л. «В стране чёрного золота. Очерк развития заработной платы и революционного движения горнорабочих Донбасса. М-Л.1926).
В 1902 году при средней месячной зарплате семейного шахтёра Донбасса в 24 руб. расходы на питания и одежду (только на это!!!), по данным обследования 200 шахтёрских семей, составляли на него самого - 12 руб. 33 коп., на его жену – 9 руб. 24 коп., на их двоих детей – 9 руб. 24 коп., что на 6 с лишним рублей превышало месячный доход рабочего (источник: Либерман Л. «Условия труда горнорабочих в Донецком бассейне». Вестник фабричного законодательства и профессиональной гигиены. 1905, № 1).
В 1903 году полковник В.И.Руденков, входивший в Комиссию по улучшению быта рабочих военного ведомства, провёл исследование бюджетов рабочих Ижевского оружейного завода, в ходе которого было установлено, что их месячная заработная плата колебалась от 5 руб. 51 коп. до 30 руб. 81 коп., а их средняя зарплата составила по заводу 17 руб. 50 коп. Заводская зарплата была основным источником существования рабочих - 92,6% всех их доходов. Главными статьями расходов у рабочих являлись питание - 60,7% всех их доходов, одежда - 20,8% всех их доходов, плата за жильё и отопление или содержание собственного дома - 9,6% всех их доходов; ни на что другое денег у рабочих не было (источник: Труды Высочайше учреждённой Комиссии по улучшению быта рабочих военного ведомства. Спб. 1905).
В 1906 году на Камско-Воткинском казённом заводе средняя годовая зарплата рабочего составляла на сталелитейном заводе 322 руб. 41 коп – то есть 26 руб. 87 коп. в месяц, в каменном цеху – 166 руб. 46 коп., то есть 13 руб. 87 коп. в месяц, в меднолитейном цеху – 252 руб. 02 коп., то есть 21 рубль в месяц, в чугунолитейном цеху – 281 руб. 11 коп., то есть 23 руб. 43 коп. в месяц, в листокатальном цеху – 265 руб. 29 коп., то есть 22 руб. 10 коп. в месяц, в сварочном цеху – 393 руб. 80 коп., то есть 32 руб. 82 коп. в месяц, в токарном цеху – 353 руб. 80 коп., то есть 29 руб. 48 коп. в месяц (источник: Шишкарёва Ю.Ф. «Материалы о численности, составе и положении рабочих кадров Камско-Воткинского казенного завода в начале ХХ века». Статья в книге «Из истории заводов и фабрик Урала. Сборник статей. Материалы к истории рабочего класса Урала. Свердловск, 1963).
В 1908 году в Санкт-Петербурге найм отдельной комнаты обходился в 30 рублей в месяц, пуд (16 кг) пшеницы стоил 2 руб. 50 коп., мешок картофеля – 1 рубль, фунт мяса (453 грамма) – 12 копеек, бутылка водки – 30 копеек, бутылка коньяка – 1 рубль 50 копеек, пара ботинок – 8 рублей, пара яловых сапок – 7 рублей (источник: Дневник А.Е.Снесарева. 1918 г. Л.872 (Архив семьи Снесаревых).
С такими низкими зарплатами и высокими ценами выходом для большинства российских рабочих было недоедание, ограничение себя в удовлетворении менее жизненно важных потребностей, аренда самого что ни на есть убогого жилья, отправку на работу жён, малолетних и достигших подросткового возраста детей. Так, в связи с недостаточностью заработка главы семьи только на предприятиях подотчётной фабричной инспекции в 1901 году трудилось 453352, 1908 году – 546346, а в 1913 году уже 723913 замужних женщин. Труд малолетних с 1901 по 1913 год на данных предприятиях официально оставался на одном и том же уровне, зато привлечение к труду подростков в этот период существенно возросло: с 146177 в 1901 году до 224932 в 1913 году. Это удешевляло для капиталистов стоимость рабочей силы взрослых рабочий, ведь как я уже говорил выше, женский и детский труд оплачивался значительно ниже, что было прямо признано на упомянутом мной выше состоявшемся в 1905 году съезде фабричных инспекторов. На нём было сказано: «Вообще, труд женщин и подростков оплачивается чрезвычайно низко, количество же тех и других, особенно в прядильноткацкой промышленности, возрастает с каждым годом, рабочие мужчины жалуются, что женщины и подростки «цену сбили» и на их работу».
Да, среди рабочих была так называемая рабочая аристократия – высококвалифицированные работники, владеющие диковинными для того времени профессиями (типа электрика, электрогазосварщика), или требующими особой подготовки (токаря, фрезеровщика и т.д.). Их зарплата была повыше, чем у прочих рабочих, и в сравнении с последними они имели несколько более лучшее материальное положение. Но, во-первых, зарплата рабочей аристократии была тоже не шибко высокой (что видно, в том числе, и из приведённых мною выше примеров), а во-вторых, численность рабочей аристократии была очень небольшой и, как говорится, погоды не делала.
При этом в то время в России как обычных рабочих, так и рабочую аристократию в равной степени одинаково доставала и другая проблема: неудовлетворительные условия труда и крайне низкая техника безопасности, которые полностью зависели от усмотрения работодателей со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями. Рабочие работали в душных, пыльных или, наоборот, насквозь пронизываемых сквозняками помещениях, без респираторов, с тусклым освещением, ну и т.д. Производственный травматизм среди рабочих был очень высок! Многие из них в результате производственных травм оказывались инвалидами или погибали. Ситуация чуть-чуть улучшилась, когда в 1903 году Николай II (опять же под давлением забастовок рабочих) законодательно утвердил «Правила о вознаграждении потерпевших вследствие несчастных случаев рабочих и служащих, а равно членов их семей в предприятиях фабрично-заводской, горной, горнозаводской промышленности». Закон обязывал хозяев, указанных в нём (то есть не всех!!!) предприятий, вознаграждать рабочих за утрату трудоспособности в результате несчастного случая по причине и в результате заводских работ. Однако Правила предусматривали лазейку для работодателей: те освобождались от обязанности вознаграждать пострадавших рабочих, если производственная травма происходила по неосторожности самих рабочих (то есть в подавляющем большинстве несчастных случаев!!!). В итоге Правила оказались почти не действующими!
Получавшие низкую зарплату российские рабочие (то есть без малой части все!!!) жили при Николае II в кошмарных жилищно-бытовых условиях. Холостяки размещались в рабочих заводских казармах, в которых имелись кровати с постелью или даже без неё (как правило, персонально не закрепленные за ними; то есть каждый раз после рабочих смен рабочий ложился отдохнуть на разные кровати и если она была с постелью, то само собой редко когда со свежей!!!). Каких-либо персональных шкафчиков и тумбочек в рабочих казармах не предусматривалось.
Семейные рабочие жили либо в заводских бараках, либо, кто был побогаче, снимали углы (в комнате четыре угла – по углу на каждую семью, углы занавешивались простынями) – в сравнении с ними будущие сталинские коммуналки можно считать просто суперкомфортабельным жильём.
<